
Автор оригинала
AdmHawthorne
Оригинал
https://www.fanfiction.net/s/9163791/1/Old-Evils-and-New-Weaknesses
Пэйринг и персонажи
Метки
Описание
Реджина и Эмма спасают Генри от старого врага и в процессе работают над переменчивыми и внушающими беспокойство отношениями. Установившийся СвонКвин. Продолжение «Ради Генри».
Примечания
Не самостоятельный фанфик, а полноценное продолжение «Ради Генри», который можно прочитать по ссылке: https://ficbook.net/readfic/10186970
Глава 16
15 марта 2021, 09:27
— Разыскать Кору?! Можешь поверить? — Мэри-Маргарет почти бежала по дороге. — Чтобы мы с тобой добровольно приволокли ещё больше зла в наш город?!
— Думаю, очевидно, что мы не можем идти у него на поводу, — Дэвид сунул руки в карманы куртки. — Но, если верить его словам, кое-что мы сегодня об Эмме всё-таки узнали.
— Да… — в её голосе были слышны обречённые нотки. — Мне тошно. Это тот случай, когда я очень хотела бы ошибаться.
— Может, нам лучше отойти в сторону и посмотреть, что произойдёт дальше? Если мы ошибаемся — отлично. Если нет… — он огляделся. — Не уверен, что мы можем сделать что-нибудь такое, что не осложнило бы ситуацию ещё больше.
— Мне не нравится это ощущение беспомощности, — Мэри-Маргарет взяла мужа за руку. — Ты же знаешь, я всегда желала Эмме только здоровья, счастья и любви.
— Знаю, — ответил он тихо, — давай на этом и остановимся, ладно? Ни к чему искать то, чего, возможно, даже не существует.
Мэри-Маргарет тяжело вздохнула.
— Но оно существует.
Из груди Дэвида тоже вылетел тяжёлый вздох.
— Знаю.
***
— Бостон Ред Сокс Джерси? — Эмма вышла на задний двор с двумя тарелками, и в воздухе разлились восхитительные ароматы еды. — Тебе нравится бейсбол? — Нет, — благодарно улыбнувшись, Реджина забрала у Эммы тарелку. Она оставила завтрак в духовке, чтобы не остыл, пока шериф приводит себя в порядок, а сама уединилась на заднем дворике с неизменной чашкой кофе и свежей газетой. — Мне нравится дизайн, материал и цвет. Эмма бесцеремонно плюхнулась на соседний шезлонг. Скользнула взглядом по столику и, приметив вторую чашку кофе, вернула благодарную улыбку. — Я думала, ты любишь голубой цвет. — Да, но, по-моему, это очевидно, что мне нравится красный и носить я предпочитаю именно его, — Реджина устроилась поудобнее. Поставила тарелку на колени. — Как самочувствие? Эмма отправила в рот кусочек яйца и задумчиво прожевала. — Уставшее, настороженное, немного болезненное, — она исподлобья взглянула на Реджину. — Не то чтобы я жаловалась… — её губы дрогнули в чуть застенчивой улыбке. — Знаешь, я сегодня много думала, — для прекрасного и казалось бы беззаботного утра, каким выдалось нынешнее, голос Эммы звучал очень серьёзно. Реджина, напротив, оставалась бесстрастной. — О? Эмма резко вскинула голову, прищурилась. — Что? Ничего не скажешь про умственные способности? Даже не съязвишь? — Думала воздержаться и притвориться, будто меня на самом деле волнует твоё здоровье и благополучие, — всё тем же лишённым всяких эмоций голосом произнесла Реджина. — Но если ты хочешь, чтобы мы пикировались, как в старые добрые времена, я всегда рада помочь. Некоторое время они сидели молча. Закончив завтракать, Эмма глубоко вздохнула: — Нет, не хочу. Просто… Меня так и подмывает сцепиться с кем-нибудь. А ещё мне кажется, что это желание преследует меня всё время, — она пригубила кофе. — Ты тоже это чувствуешь? — Не всё время, но да, иногда бывает, — Реджина забрала у Эммы пустую тарелку и поставила на столик рядом со своей. — Не сразу, но постепенно я поняла, что на меня находит всякий раз, когда я пытаюсь защититься от любых страданий. Это предупреждающая мера. Но я вместо того, чтобы нападать на окружающих, пытаюсь выяснить причины страданий и устранить их. — Находишь решение во внутренней борьбе, — прошептала Эмма скорее себе, чем Реджине. — Что-то вроде того. — Я размышляла о добре и зле, а ещё о том, что на самом деле нет никакой разницы между тёмной и светлой магией. Ты наверняка слышала теорию, что направление определяет намерение владеющего, да? — дождавшись, пока Реджина кивнёт, она продолжила: — А если это применимо и для сердец? Почерневшие уравновешивают ослепляющие? Инь и янь? Почерневшее сердце не всегда плохое. Темнота не всегда несёт в себе плохое, а свет — хорошее. Это просто баланс в мире. Реджина поджала губы. — Способность оценить происходящее и сделать свои собственные выводы? — Да, почти, — Эмма провела дрожащей рукой по волосам. — Ни для кого не секрет, что люди с почерневшими сердцами смотрят на мир иначе, чем люди с сияющими, но это не значит, что они не в состоянии прийти к одним и тем же выводам и отреагировать одинаково. Смотреть на мир сквозь призму тьмы — это просто ещё один вариант. Понимаешь? Нигде не прописано, что человек с почерневшим сердцем не может сделать правильные выводы. Да, я понимаю, что злым быть проще, потому что соблазнам так легко поддаться, но ведь это не обязательно? Люди с почерневшими сердцами способны на добрые поступки, — она пожала плечами. — Они чуть более язвительные или измученные, но не по умолчанию плохие, верно? — У оптимиста стакан наполовину полон, — Реджина задумчиво склонила голову. — Занятная трактовка. Эмма скривилась. — Считаешь меня чокнутой? — Нет, не считаю. Твои слова не лишены смысла, — несколько мгновений Реджина смотрела прямо перед собой. — Я никогда не думала об этом. — Потому что в мире из которого ты родом всё поделено на чёрное и белое. Добро и зло. Но здесь? Здесь буйство красок. Всё неоднозначно, — Эмма пожала плечами. — Хорошие люди совершают плохие поступки, а плохие — хорошие. Так устроен мир. Не бывает абсолютного зла и не бывает абсолютного добра. Просто не бывает. Реджина, казалось, вся ушла в свои мысли. — Возможно. — Я больше никогда не буду прежней. Я понимаю. Это — часть меня. Не имеет никакого значения, кто мои родители и кем я была раньше. Тьма во мне. Честно? По-моему, я всегда немного тяготела к ней, — Эмма говорила смиренно. — Но, возможно, я не совсем потеряна? — Даже самые невинные люди при определённых обстоятельствах способны на чудовищные поступки, — пробормотала Реджина. — Вот именно! — подхватила Эмма. — Реджина, я хочу снова попробовать выйти в люди. — Что? — встрепенулась Реджина. — Куда ты собралась? — Хочу забрать Генри из школы и отвезти в парк на пикник. Хочу посмотреть, как он попытается заставить тебя поиграть в мяч, на что ты заявишь, что он должен делать домашние задания. А потом мы отвезём Генри к моим родителям, и пусть они буравят тебя взглядами, а он упрашивает забрать домой. Но мы скажем, что он должен остаться в лофте до выходных, а сами отправимся домой, где проведём приятный семейный вечер, — мечтательно улыбнулась Эмма. — А если кто-то пристанет… — она глубоко вздохнула. — Я прислушаюсь к себе и найду лучшее решение в своей внутренней борьбе, как это делаешь ты. — Почти наверняка кто-то да пристанет. Сегодня среда. Если не ошибаюсь, на большом экране, который я приобрела в своё время для парка, вечером покажут очередной безвкусный фильм, — Реджина деланно вздохнула. — Я хотела бы вернуть свою старую работу. — Я тоже, но, может, уже скоро? По-моему, они к тебе потихоньку притираются, нет? — поймав скептический взгляд собеседницы, Эмма ухмыльнулась. Отмахнулась: — Неважно. Как насчёт сегодняшнего вечера? — По-моему, чудесная идея. Позвонить твоим родителям или сама? — Реджина, поднявшись со своего места, подхватила грязные тарелки. — Надо рассказать им о наших планах на Генри. — Поговоришь с ними? Я не… я пока не готова. Вечером, наверное, смогла бы, но не сейчас, — Эмма последовала за Реджиной на кухню. — Ты будешь переодеваться? Реджина приподняла бровь и выразительно оглядела себя: футболка, джинсовые шорты и шлепки. — Не собиралась. А что? Хочешь, чтобы я переоделась? — Нет, — заверила Эмма и, подавшись вперёд, поцеловала её. — Мне нравится видеть тебя такой… ты совсем не похожа на… на… — Злобную сучку-мэра, одержимую уничтожением всего, что мешается у неё под ногами? — Реджина усмехнулась. — Странно, что не хочешь. Я думала, тебе нравится, когда я надеваю свои деловые костюмы. — Да. Очень. — Зелёные глаза Эммы потемнели. Она притянула Реджину к себе. — Ты милфа, знаешь это? Реджина хмыкнула. — Могу сказать то же самое о тебе, дорогая. — Эй, ты должна была сказать, что я — неисправимый шестнадцатилетний подросток, — Эмма проложила дорожку поцелуев по её шее. — А я бы подкалывала тебя и дразнила. — Почему бы нам в этот раз не пропустить прелюдию и не перейти к финальной игре? — промурлыкала Реджина. — Я даже не стану попрекать тебя, что ты используешь секс, чтобы отвлечь нас обеих от мыслей о предстоящем разговоре с твоими родителями и поджидающей нас в парке опасности. — Ты умеешь создавать настроение. Знаешь это? — Эмма невольно улыбнулась. — Но я возьму по полной. Реджина ответила ей коварной улыбкой, обняла за шею и, наклонившись, вкрадчиво прошептала на ухо: — Дерзните, шериф.