
Пэйринг и персонажи
Описание
Виктория - веселая девочка, выросшая под опекой мужчины, которого до некоторых пор считала своим отцом. Кем же является Алексей Волков на самом деле и какие тайны он скрывает? Василиса - некогда добрая и спокойная сестра-близнец Виктории. После того случая с Рубиновым Ключом меняется до неузнаваемости. Норт и Дейла - дети Огнева, отчаянно желающие вернуть свою мать. Эрик и Ноэль - бездарные дети, недооцененные своим отцом. Смогут ли они забыть былые разногласия и воссоединить свою семью?
Глава 5. Часодейная ночь
15 августа 2022, 02:42
— Ваше Величество?! — Василиса даже рот раскрыла от изумления. — Так вы...
Фея предупреждающе подняла руку.
— Мы и так уже достаточно потеряли времени на разговоры, — резко сказала она, прервав её. Взмахнула своей прозрачной, будто изо льда, стрелой. — Я проведу вас только до поля Старых Часов, понятно?Давайте-ка сюда! — приказала она, указывая на подоконник.
Василиса быстро взяла себя в руки и сдержанно кивнула.
— Раз вы уже все знаете, то я покажу вам свой истинный облик.
Она встала на ноги. И тут началось самое удивительное - на ней появилась длинная белоснежная мантия, которая струилась позади ее роскошного серебристого платья. На голове же, на высоко уложенных темно-золотистых волосах, красовалась высокая корона из острых молочно-белых камней. В правой руке фея сжимала прозрачную, будто из чистого льда, стрелу длиной в полметра. Лицо Белой Королевы вытянулось и заострилось, а под ее яркими черно-синими, необычайно огромными глазами пролегли тени. Несмотря на красоту и величавость феи, казалось, будто она очень долго живет на земле, повидала и знает многое. Несколько прядей её огненно-рыжих волос упали ей на лицо.
Вику посетило смутное подозрение. Она вдруг начала думать, кем могла оказаться Белая Королева... Переглянувшись с Василисой, девочка поняла, что сестра думает в таком же направлении. Но они благоразумно промолчали.
— Ну же, не бойтесь, — Королева приглашающе махнула рукой.
Близняшки послушно запрыгнули на подоконник. Снаружи, покачиваясь на ветру, застыла большая и полупрозрачная, будто из чистого горного льда, лодка с изогнутыми бортами и белым парусом.
Вика посмотрела на ладью без особого удивления. За несколько дней она повидала слишком много потрясающих вещей и её уже мало что удивляло.
— Садитесь в ладью!
Василиса осторожно шагнула на палубу, крепко схватившись за туго натянутые веревки, соединявшие единственную мачту с носом ладьи. Вика последовала за ней.
— Ну, в путь, пожалуй. — Белая Королева вздохнула и озарилась фейерверком из сверкающих бриллиантовых капель — камешки градом посыпались в темноту ночи. — А пока мы летим, расскажите о себе, — неожиданно попросила она, присаживаясь на небольшую скамеечку на корме ладьи. — Я хочу все знать.
— С чего бы Её Величеству интересоваться нашей скромной персоной? — ухмыльнулась Вика.
Василиса тоже насторожилась. Действительно, с чего бы?
— Мне просто интересно, дорогие мои, — увидев, как они напряглись, произнесла Белая Королева.
— Вы точно чокнутая, — покачала головой Вика. — То ведете себя как настоящая грубиянка, а потом словно придворная дама. Обзываете эгоистками, затем после этого последует нежное "дорогие мои". И так по кругу.
Вокруг брызнули яркие изумруды - похоже, Королева развеселилась, вместо того чтобы рассердиться на прямолинейность Вики. Несколько камешков со стуком ударились об лоб девочки.
— Поосторожней со своими камушками, "дорогая моя"! — возмущенно взглянула на повелительницу белых фей Вика. — Да и вообще, дурацкий этот дар камней настроения. Все враги будут в курсе ваших эмоций. Только шестикрылые могли додуматься сделать Королевой женщину с таким смехотворным даром...
Взгляд Белой Королевы стал непроницаемым, но она сжала кулаки. Увы, синие и красные камни тут же брызнули во все стороны, выдавая с головой её настроение.
— Вика, тебе всё-таки стоило поспать. Я заметила, что от недосыпа у тебя плохой настрой, — устало вздохнула Василиса. — У нас и так много врагов, не хватало ещё...
— Я никогда не буду вам врагом! — с горячностью воскликнула Белая Королева. — Никогда...
Воцарилась неловкая пауза. Вика посмотрела на драгоценные камни у своих ног и не удержавшись, прокомментировала:
— Какая-то вы слишком эмоциональная королева...
Василиса послала ей предупреждающий взгляд.
— Ваше Величество... Хотите расскажу о себе? — улыбнулась она женщине, пытаясь сбросить напряжение, витавшее в воздухе.
— Прошу.
Василиса рассказала о гимнастике, бабушке Марте Михайловне, кошках, школе и Лешке. Говоря о друге, в голосе сестры появилась нежность и одновременно тоска. Похоже, этот Лешка очень многое для неё значил.
Ладья неслышно скользила над темными деревьями леса, а Василиса все рассказывала. Вика все это уже слышала, поэтому перевела скучающий взгляд за борт. Они летели над темным лесом. Взгляд девочки зацепилось за странное движение в чаще. Она пригляделась и чуть не ахнула - маленькая фигура женщины в плаще, расплывчато появилась в тени деревьев. Её странные янтарные глаза, как у хищника, смотрели прямо на Вику. В руке незнакомка держала стрелу, на кончике которой горело маленькое пламя. Седые волосы в свете луны казались серебристыми. Стоило Вике моргнуть, как странная особа исчезла. Может, показалось?
А тем временем, Василиса продолжала болтать, развлекая Белую Королеву. Та иногда поддакивала, задавала вопросы, но когда девочка дошла до поездки в отцовский дом, то фея почему-то резко прервала ее:
— Дальше не надо, хватит.
Неожиданно Королева вскочила, разбрасывая сотни бриллиантов, и, указывая рукой куда-то вперед, воскликнула:
— Посмотрите, вот оно, поле Старых Часов!
Девочки осторожно перегнулись через борт ладьи и не сдержали громких восклицаний. Внизу, насколько хватало взгляда, простирались тысячи золотых и серебряных циферблатов в оперении блестящих черных лепестков. Они росли, как цветы, и чем-то были похожи на подсолнухи, только на более коротких ножках. На циферблатах имелись цифры и тонкие стрелки — самые настоящие.
Ладья между тем спустилась и заскользила над самыми часами-цветами.
— Это старочасы, — тихо сказала Белая Королева. — Они остановились в разное время… Когда на Земле умирает человек, на этом поле вырастает новый цветок-старочас… Видите, у каждого из цветочных циферблатов четыре стрелки: две серебряные показывают дату рождения человека, а две золотые — дату смерти… Как вы понимаете, это священное место для всех людей… И для фей тоже. Мы не умираем, но можем заснуть. Если вы приглядитесь, то увидите алые цветы — они вырастают, когда бессмертная фея засыпает навечно. У алых старочасов нет стрелок на циферблатах.
— Засыпать навечно? — переспросила Вика. — Это же все равно что умереть.
Королева устало покачала головой.
— Да и вообще, это дико - гулять по кладбищу темной ночью с чокнутой незнакомкой...
Василиса хмыкнула, то ли соглашаясь, то ли насмехаясь над сестрой.
Фея вдруг наклонилась над ближайшими старочасами и сорвала два из черных лепестков. Лепестки мгновенно скрутились в тугой жгут — точное подобие стрелы, и Королева передала их близняшкам.
— Это часовая стрела? — с любопытством спросила Василиса, смотря на жгут.
— Это просто лепесток с цветка, — возразила фея. — Стрела еще не созрела. Но если вы пройдете испытания и доберетесь до Луны, они станут настоящими — золотыми или серебряными. Иногда — бронзовыми. А могут остаться черными.
— Так мы ещё должны до луны долететь? — возмутилась Вика. — Ничего себе...
— Так называется чудесная скала, где феи получают свои крылья, — терпеливо объяснила Королева. — На Луне вас встретят двое: фея Светлого Образа и фея Темных Мыслей. Так повелось еще с давних времен: юная фея получает один хороший подарок — от светлых фей, и один опасный — от темных фей, для равновесия возможностей. Главное — доберитесь до скалы, а там разберетесь.
— Если сдохнем по дороге, кто подберет наш труп? — хмуро поинтересовалась Вика.
— Останетесь гнить там, превратившись в старочасы, — любезно ответила Королева.
Близняшки с ужасом взглянули на неё. Фея рассмеялась.
— Вы чего? Я же просто пошутила. Кстати, мы очень редко позволяем людям проходить посвящение на наших секретных полях, но для вас сделаем исключение. Помните это и цените, ясно? А теперь мы попрощаемся, девочки. Навсегда.
— Почему навсегда? — растерялась Василиса. — Вы… вы думаете, что мы…
— Вот глупые, конечно, вы пройдете посвящение, оно простое. — Королева нервно усмехнулась и посмотрела на небо.
Луна спряталась за облака, подул ветер, остро запахло свежестью — как перед грозой.
— Я хочу попросить вас, — тихо, но отчетливо произнесла фея. — Никогда больше не искать встречи со мной. А теперь — прощайте.
Вокруг Белой Королевы завихрилось серое пыльное облако, веером взметнулись мелкие черные осколки, и фея исчезла. Ладья же продолжала свой путь, оставляя позади поле таинственных цветов старочасов.
— С чего она взяла, что мы вообще захотим искать с ней встречи? — не поняла Василиса. — Странно все это.
— Я же говорила, что она чокнутая.
Они приземлились, а дальше все было, как в тумане - сознание Вики заполнил страх. Немой ужас. Ещё бы, ведь они практически одни на кладбище фей и людей. Жуткое место.
Когда девочки, наконец, вылезли на низкий каменистый уступ, страх понемногу отступил. Они поднялись на дрожащие ноги и полезли дальше, ввысь.
— Когда же это все закончится? — пробормотала Вика.
— Вообще-то, все только начинается, — усмехнулась Василиса.
Наверху оказалась небольшая ровная площадка с нависшим сбоку черным зубом скалы. Девочки огляделись. Луна будто бы стала еще огромнее и затопила собою весь мир, но она как-то не пугала больше, а, наоборот, манила и притягивала. Где-то внизу плескались русалки, разбивая хвостами гладь озера.
И тут появились феи — маленькие, сверкающие, крылатые фигурки. Они закружились вокруг девочек шумной стайкой и вдруг, как одна, замерли в воздухе, почтительно склонившись в реверансах.
Вика обернулась и поняла причину столь глубочайшего почтения. К ним, плавно помахивая крыльями, приближались две феи. Они были одеты в длинные платья с пышными юбками, а на головах у них возвышались узкие шляпы, похожие на колпаки. С остроконечного верха этих колпаков тянулись полупрозрачные, искрящиеся шлейфы, словно ветер сорвал с неба несколько сотен звезд и пристроил их в хвосты к шляпам. Наряд одной из фей отливал серебристо-мерцающим светом, а у другой — темнел и переливался, словно состоял из черных обсидиановых осколков.
— Фея Светлого Образа, Селестина, — представилась та, что была в серебристом, и улыбнулась девочкам.
— Фея Темных Мыслей, Мендейра, — иронично представилась другая и зевнула, лишь скользнув беглым взглядом по близняшкам.
— Все феи во всех мирах… — начала было фея Светлого Образа, но другая, в темном наряде, тут же ее перебила:
— Вот именно, феи! А дарить подарки и возможности тем, что родились от человека…
— Все феи во всех мирах, — с нажимом повторила Селестина, — получают подарок от Феи Светлого Образа и, чтобы уравновесить его, еще один — от феи Темных Мыслей. Вы будете дарить первая? — обернулась она к напарнице.
— Нет уж, позвольте вы! — ехидно произнесла Мендейра и отлетела немного в сторону, делая вид, что происходящее абсолютно ее не волнует.
Фея Селестина поморщилась, но тут же улыбнулась Огневым.
— Дорога сюда не слишком напугала вас? — спросила она ласково.
Василиса помотала головой, не в силах произнести ни одного слова. Вика тоже промолчала, что было ей совсем не свойственно. Она устала и чувствовала себя, как выжатый лимон.
— Может, они немые? — ехидно спросила темная фея. — Возможно, стоит одарить их голосом прежде всего?
Дар речи вернулся к Вике в ту же секунду.
— Если я сейчас начну язвить, то точно не остановлюсь. Так что заткнитесь.
Темная фея довольно хмыкнула, оценив её колкость.
— Я обязана спросить вас, девочки, — произнесла светлая фея, косо глянув на темную, — добровольно ли вы пришли сюда? И действительно ли хотите пройти часовое посвящение?
— Да, если будем давать крылья всякому, — опять ввернула темная, — можно совсем очеловечиться…
— Очеловечивание вам не помешает, — хмыкнула Вика и взглянула на темную. — Хотя... Вам это точно не грозит.
— Мы пришли сюда добровольно, — четко произнесла Василиса, недовольно покосившись на сестру.
— Тогда к делу, — кивнула светлая фея. И вдруг, широко взмахнув тонкими руками, пропела какую-то странную песню.
После чего по очереди подошла к каждой девочке. Вике она прошептала:
— Пламя, твое числовое имя.
Налетел снежный ветер, закружил Василису и Викторию в белых хлопьях и поднял высоко в воздух. Они быстро-быстро завертелись на фоне слепяще-оранжевого диска далекой и в то же время такой близкой Луны. Маленькие феи-светлячки фейерверком рассыпались по небу и запели торжественно и печально, однако Вике их песня показалась страшноватой — пожалуй, похуже, чем замогильные голоса русалок.
И тут пришла боль. Острая, пронзительная, как будто в спину вонзились две огромные стальные иглы: казалось, лопатки трещат и растягиваются. Не в силах больше сдерживаться, Вика закричала, но голос прозвучал как-то тоненько и тоскливо — так, что она сама испугалась его… Но боль утихла так же внезапно, как и началась.
Зато на девочек обрушился ледяной душ: маленькие феи-светлячки вылили на них большой хрустальный таз воды. Вика вновь завизжала, и теперь это у нее получилось очень громко, казалось, не выдержав силы ее голоса, небеса обрушатся сейчас на землю. Василиса, как обычно, проявила больше сдержанности и с трудом промолчала, лишь скривившись от боли.
— Зачем так орать? — зажала уши руками фея Темных Мыслей. Она недовольно взглянула на Вику. — В наш век дети такие неподготовленные, незакаленные…
Феи-светлячки тащили золотую чашу с бурно плескавшейся жидкостью, будто в посудине поселился небольшой вихрь.
— Отпейте, это даст вам силы, — улыбнулась Селестина.
Девочки кивнули, принимая чашу, сделали большой глоток и чуть не поперхнулись — в чаше было вино, сладкое и терпкое.
— Великие кудесники! — подлетела к ним Мендейра. — Спаивать детей вином?! Вот тебе и светлые…
— Это священное вино, — сердито возразила фея. — И послушайте, дорогая! Вы ведете себя слишком нагло и развязно! Это же торжественный момент для девочек… Они получили крылья, их жизнь, можно сказать, полностью изменяется, а вы… так ироничны! Кстати, вы обратили внимание, до чего необычные цвета, а, дорогуша?
— Я уже давно обратила на это внимание, милочка, — ехидно ответила темная. — И даже знаю, возможно, что это означает… Наверняка у девочек имеется много интересных родственников.
Вика попыталась заглянуть себе за спину, но ничего не смогла увидеть. За то Василиса увидела её крылья и изумленно ахнула. Вика посмотрела за её спину - огромные, красные крылья с черными пятнами... Круто!
— Принесите зеркало, — приказала фея Темных Мыслей.
Крохотные феи тут же притащили большое овальное зеркало в узорной раме из темного и светлого серебра и установили его прямо перед Василисой. Та покрасавалась перед ним, но Вика тут же её отпихнула.
— Дай мне посмотреть!
Девочка заглянула в зеркальную глубину и остолбенела: у нее за спиной покачивались целых четыре огромных алых крыла — по краю верхних тянулся замысловатый узор из белых пятнышек, а на нижних, которые были немного уже, имелись два белых круга. Вика попробовала махнуть крыльями, и у нее это получилось!
— Они такие красивые, — выдохнула Василиса. — Как здорово! — И, спохватившись, добавила: — Спасибо…
Вика предпочла оставить благодарности при себе.
— Крылья дают большую власть, мои дорогие, — улыбнулась Селестина. — Они дарят способность летать, защищать себя в бою, а еще — становиться невидимыми. Произнесите свое числовое имя, закройтесь крыльями, и никто не сможет увидеть вас — ни фея, ни лют, ни часовщик… ни простой человек. А произнесете имя в обратном порядке — вновь станете видимыми, все просто. Но никто не должен знать вашего числового имени, разве самые близкие люди. Иначе, произнеся его вслух наоборот, они могут рассекретить ваше пребывание в невидимом образе. Понимаете, насколько это серьезно?
Девочки кивнули. Одна с полной серьезностью, другая просто чтобы остали с лекциями.
— А теперь подарки, — внезапно посерьезнела фея Светлого Образа. — Подарки от Белой Королевы…
Она сделала легкий знак рукой, феи-светлячки тут же принесли небольшую шкатулку из зеленого малахита, ее поверхность искрилась множеством рубинов.
Шумно вздохнула Мендейра, недовольно качая головой: видимо, не одобряла роскоши подарка. Вика с сестрой переглянулись. Василиса подошла к фее и приняла шкатулку. Крышка тут же отворилась.
На мягком алом бархате лежал простой маленький ключик и флакончик с ярко-синей жидкостью.
— Это Рубиновый Ключ, Василиса — тихо сказала фея. — Белая Королева дарит тебе его, согласно давнему обещанию.
Вика подошла к сестре сзади и тоже взглянула внутрь.
— А вот зелье, способное вернуть утерянные воспоминания для тебя, Вика. Белая Королева посчитала нужным подарить его именно тебе, — заметила её интерес Селестина.
— Зачем оно мне? — удивилась Вика.
— В будущем может случится всякое, — мудро отметила светлая фея.
— Теперь моя очередь дарить подарки, — сказала Мендейра и натянуто усмехнулась.
У Вики мороз по коже прошел от ее улыбки. Не нравилась ей это фея. Ох, как не нравилась. Та крутнулась на месте, сделав резкий оборот, и вытащила из складок платья две вещицы.
— Кинжальчик для Василисы и яд для Виктории, — сладко пропела темная фея.
Из уст Селестины вырвался тихий возглас.
— Ты хочешь подарить Василисе… это?! Вот уж не ожидала от лютов такой щедрости! — Фея Светлого Образа явно разозлилась, мигом растеряв все свое добродушие. — Вы не имеете права так поступить! — пронзительно вскрикнула она, топнув ногой, — складки платья яростно взметнулись.
— А почему бы и нет? — Мендейра изящно пожала плечами. — Думаешь, только вы, светлые, такие щедрые?
Василиса с Викой переглянулись, не въезжая в тему их конфликта.
— Но, одаривая Василису… хм, такой вещью, ты обрекаешь ее на…
— Может, я и расскажу, на что обрекаю? — зло оборвала Селестину темная фея.
Светлая фея шумно вздохнула, но потупилась и отошла назад.
— Это кинжал, Стальной Зубок, — обратилась к Василисе темная. — Тебе лучше не знать, кому он принадлежал до тебя, чтобы спокойно спать по ночам. Часовое оружие, непростое, с секретами… Но главное вот что: принимая этот кинжал, ты выбираешь непростую судьбу… ты приобретаешь величайшую задачу.
— Какую ещё задачу? — не на шутку встревожилась Вика и взглянула на сестру - та осталась спокойной, - затем вновь посмотрела на темную. — Послушай, дамочка, если с Василисой что-то случится, я засуну этот кинжальчик так глубоко вам в задницу, что вы поперхнетесь!
Селестина довольно усмехнулась, а темная фея грозно прищурилась.
— Нарываешься, дорогуша, — злобно зашипела фея и почти швырнула в неё флакончиком с алой жидкостью. Только быстрые рефлексы помогли Вике перехватить его. — Вот тебе самый сильнодействующий яд на Эфларе, противоядие которого до конца не изобрели.
— Почему мне раздаривают всякие зелья? — не поняла Вика. — Неужели нельзя было придумать что-нибудь поинтереснее?
Феи оставили её без ответа.
— Мы можем отказаться от темных подарков? — подала голос Василиса.
— Вы можете отступиться от моих подарков, но тогда вам придется отказаться и от всего остального: крыльев и дара светлых фей, само собой. В общем, от часового дара.
— Подумай, Василиса, прежде чем принять решение… — торопливо произнесла Селестина, неотрывно глядя на волшебный кинжал.
— Я возьму подарок, если так надо, — просто сказала Василиса.
— Как бы нам это потом не вышло боком, — пробормотала Вика, со страдальческим выражением лица глядя на флакончик в руке.
Затем жестом попросила Василису открыть шкатулку и запихнула туда яд. Сестра спрятала туда и маленький кинжал, на мгновение задержав его в руке. Вика могла прочесть в выражении её лица вопрос: "Правильно ли я поступаю?" Затем на смену неуверенности пришла решимость. Сестра захлопнула крышку шкатулки.
— А что это за величайшая задача? — спросила Василиса, но темная фея промолчала.
— Теперь вы можете попросить у меня одно желание, — кисло проговорила Селестина и вздохнула. Кажется, у нее совершенно испортилось настроение. — Белая Королева передала, что вы еще не использовали права единственного желания… Что вы хотите?
Вика всерьёз задумалась... А чего она хочет?
— У меня есть одно желание, — тем временем, сказала Василиса. — Я хочу, чтобы мальчик, по имени Ник Лазарев, мог стать часовщиком…
Мендейра тут же фыркнула.
— Дурочка, — не скрыла она своего разочарования. — Ты могла попросить многоэтажный замок с десятком слуг для каждой комнаты. Уж поверь мне, Белая Королева все для тебя сделает…
Селестина раздраженно зашипела, словно рассерженная кошка.
— Рубиновый Ключ — всего лишь малость, что она могла бы для тебя… — развязно продолжила фея Темных Мыслей, но закончить не успела.
Потому как случилось невероятное: Селестина рванулась к Мендейре и, завертевшись в прыжке, со всей мощью ударила по ней серебристыми крыльями. Еле увернувшись от нападения, Мендейра отчаянно взвыла, взвилась спиралью, словно длинная искрящаяся лента, и в свою очередь полоснула противницу крыльями. Маленькие феи с писком бросились врассыпную.
— Ух ты! — восхитилась Вика, наблюдая за разворачивающейся перед ней сражением. Затем нахмурилась, видя, как увлеклись феи. — А как же мое желание?!
Но внезапно пространство вокруг близняшек озарилось разноцветным сиянием — это маленькие феи вернулись. Они подхватили девочек под руки и взмыли в небо, унося прочь от битвы разозлившихся фей, приобретающей все более ужасающие масштабы.
***
Вика молча разглядывала потолок, слыша ровное дыхание сестры. Та сразу же уснула, стоило ей упасть на кровать. Ночь-ка выдалась той ещё утомительной! Но не смотря на усталость после всего произошедшего, Вика не смогла заснуть. Она была слишком взбудоражена, чтобы просто погрузиться в сон. Наконец, решившись, девочка встала с кровати и шагнула к окну. Прямо напротив находилось дерево-дом, который принадлежал отцу.
Ветки деревьев встречались кое-где, давая возможность перебраться с гостиницы в дом и обратно. Вот только Вика не могла быть уверена, выдержат ли эти тонкие ветки её вес? Она была не такой худой, как сестра-гимнастка. Вика, скорее, имела гибкое телосложение воительницы - сказывались постоянные тренировки с отцом.
Медленно выдохнув, Вика решилась. Стараясь не скулить от страха, она двигалась по переплетенным ветвям деревьев и кое-как добралась до дома отца. Она распахнула дверь, которая, на удивление, оказалась открытой. Дом встретил её тишиной.
— Я знал, что ты придешь, волчонок, — вдруг раздался в темноте голос.
Вика подпрыгнула от неожиданности. Кто-то щелкнул пальцами и свечи в помещении зажглись, освещая лица присутствующих.
Отец был одет в простую пижаму, на ногах красовались тапочки. Он выглядел так по домашнему, что Вика невольно улыбнулась. Она шагнула к отцу и тот обнял её. Войдя в глубь дома, они устроились на мягком диване. Отец принес с кухни бутерброды, которые Вика тут же съела.
— Откуда ты знал, что я приду? — удивилась Вика.
— Куда ещё ты могла пойти, чтобы выплеснуть накопившиеся эмоции после посвящения? Ну, рассказывай.
Вика усмехнулась и начала рассказ. Отец молча слушал, не перебивая. Девочка лишь утаила ту часть, где ей в лесу привиделась странная женщина в плаще.
— И вот, после того, как они подрались, нас перенесли обратно в гостиницу, — закончила Вика. — Но как же мое желание-то?
— Светлые феи его исполнят, не волнуйся, — улыбнулся отец. — Только немного позже... Насчёт драки я не удивлен - феи весьма вспыльчивый народ, что темные, что светлые, — он вдруг хитро прищурился. — А какое желание ты бы хотела загадать?
— Даже не знаю... — протянула Вика.
— Можешь не спешить, раз феи "предоставили" тебе время на размышления. Загадать желание ты всегда успеешь.
Вика кивнула.
— Покажешь свои крылья?
— Разумеется!
Она встала и тут же сконфуженно почесала затылок:
— А как это делается?
На удивление Вики, на лице отца не было ни грамма насмешки, только понимание. За что девочка была ему благодарна.
— Представь, как молния браслета пройдет по правой руке, через плечо перебежит на лопатки и вспыхнет огненным цветком.
Вика с готовностью кивнула. Наконец-то она почувствовала, как по руке бежит молния и… Отец восхищенно вздохнул. Вика поняла, что за её спиной появились бело-красные крылья. Она взмахнула ими, красуясь.
— Они прекрасны, — улыбнулся отец. — Завтра я научу тебя летать. А теперь тебе следует отдохнуть и набраться сил.
Вика возражать не стала. Убрав крылья, она последовала за отцом в свободную комнату. На этот раз она засунула сразу, как только голова коснулись подушки. Последнее, что она услышала, было:
— Спи спокойно, волчонок. Я пока завершу кое-какие дела... Никто не должен знать твое числовое имя.